b_insider (b_insider) wrote,
b_insider
b_insider

Дежавю


фото:   agitclub.ru 

Продолжаем тему широкого народного фронта, который сейчас будут организовывать жулики и воры, чтобы удержать Россию под своей пятой.
 


Путинское предложение вызвало у нас стойкое ощущение дежавю. Не только названием, но и общественно-политическими процессами, происходившими тогда, в конце 80-х годов прошлого века, и теперь, в 10-е годы века нынешнего. Желающие в этом убедиться могут покопаться на сайте agitclub.ru , рассказывающем и об истории Ленинградского народного фронта (кстати, рекомендуем фотогалерии сайта). Мы же здесь приведем лишь небольшую статью, которая с течением путинского времени приобрела новую актуальность:   

Угрюмая громадина «правового» государства все более отчетливо вырисовывается перед нашими ошарашенными очами. Вслед за указами о митингах и внутренних войсках, Законом о выборах и новой Конституцией появляется очередной акт, ничуть не уступающий по смелости предыдущим – Указ о внесении изменений в уголовное законодательство, опубликованный 11.04 с.г. Поскольку он вступил в силу со дня опубликования, постольку давать ему оценки становится слишком дорогим (см. текст Указа) удовольствием.
  

Поэтому постараемся держаться в рамках бесстрастной логики и очевидных фактов.

Указ принят традиционным для нашей страны способом, прогремев, как гром среди более-менее чистого неба: за закрытыми дверьми, без всякого предварительного обсуждения, торопливым Президиумом (да не сочтут это за дискредитацию) полномочия которого истекают не сегодня-завтра. Впрочем, это не главное.

Новорожденная статья 11 прим устанавливает уголовную ответственность за оскорбление или дискредитацию власти, высших органов госуправления, высших должностных лиц и общественных организаций, созданных и действующих в соответствии с Конституцией СССР. Понятия эти в Законе не раскрыты, что дает основания для их вольного толкования. Но если с правомерностью уголовного запрета оскорбления государственных и общественных организаций можно и нужно согласиться (при условии раскрытия этого понятия в Законе), то найти хоть какое-то оправдание уголовному преследованию за дискредитацию в принципе не представляется возможным. Дискредитация есть опорочение («лишение веры») кого-либо (чего-либо) в глазах окружающих. С каких пор это стало преступлением?

Дискредитация может опираться на ложь – и тогда это уголовно наказуемая клевета. Она может опираться на добросовестное заблуждение – тогда она есть основание для гражданского иска о защите чести и достоинства. Она может опираться на факты, убеждения и личные оценки – и тогда она не наказуема.

Была не наказуема. Печально известные статьи Уголовного кодекса 70 и 190 прим требовали тем не менее, чтобы распространяемые «измышления» были ложными, причем «заведомо (для самого обвиняемого) ложными. Сейчас этого уже и не требуется – уголовная ответственность может наступить, (а значит - наступит) при наличии при наличии таких двух условий: 1-е Негативная субъективная оценка тех или иных государственных органов, организаций, должностных лиц. 2-е Публичное выражение своего мнения.

Предположим, некто убежден, что кампания по борьбе с пьянством, предпринятая в 85 году ЦК КПСС и высшими государственными органами, была плохо продуманной авантюрой, не защитившей страну от пьянства, но зато поставившей ее перед новыми трудностями. Можно сказать, что это критика, преследование за которую запрещено Конституцией. Можно сказать, что это «дискредитация», и это, действительно, она самая и есть. Судью ссылкой на основной закон не убедишь – у него на столе не Конституция, а Уголовный кодекс.

Ладно, нападки на руководство в связи с «алкогольным вопросом» могут не заметить. А, если, к примеру, гражданин убежден, что некая организация, «созданная и действующая в соответствии с Конституцией», довели страну «до ручки» - что ему делать теперь? Только молчать – невзирая на гласность и декларированную свободу слова, ибо его мнение, его убеждения запрещено, поскольку мнение, которое нельзя выразить публично строго говоря таким не является: это содержание, лишенное формы выражения, а значит – ничто.

Мы живем в ожидании светлого чуда. Сначала им был коммунизм, теперь – правовое государство. С коммунизмом что-то не вышло. Похоже, что и с правовым государством может случиться та же самая история.

Насаждение пиетета, всеобщего священного трепета перед его величеством государством и его чиновниками – это нечто, более ассоциирующееся с мерзостями феодального абсолютизма и восточного деспотизма, но никак не с идеей правового государства. Воистину, народное государство не нуждается в таких методах защиты.

Рьяные защитники очередного нормативного перла не замедлили проаппелировать к давно дискредитировавшей себя «буржуазной демократии», сделав ставку на неосведомленность и доверчивость населения. Однако, все упомянутые в «Известиях» (11.04.89) нормы уголовного законодательства других стран, не доказывают ровным счетом ничего. Кроме того, что «там» наказуема пропаганда насильственного свержения правительства, насильственного изменения общественного строя, что преследуется «дискредитация», инструментом которой является ложь, клевета, но не выражение своего мнения – каким бы оно ни было – о парламенте, правительстве, президенте, партии (если оно не выражается в «грубой оскорбительной форме, унижающей чужие честь и достоинство».

В наше бытие прочно вошли гимны правовому государству. Для его создания безусловно необходимо преодоление разрыва между формулой закона и фактом жизни. Однако, мы идем по странному пути, преодолевая этот разрыв возведением произвола в ранг закона. Мы наблюдаем опасную тенденцию откровенного законодательного обеспечения неограниченного всевластия «Центра». Эта тенденция, ярко выразившаяся в законотворчестве прошедшего года, должна быть наконец сломлена во что бы то ни стало, дабы не открыть дороги для возникновения новой Диктатуры. Узнав, наконец, о своей истории, мы не вправе забывать о такой опасности.

На прошедших выборах ленинградцы сумели избрать достойных депутатов. Мы, их избиратели, должны дать им наказ – добиваться решительного пересмотра всей концепции политико-правовой реформы вообще и упомянутых Указов и Законов – в частности. Иначе эта реформа может превратиться из инструментов обеспечения демократического преобразования общества в инструмент обеспечения чье-то неограниченной власти любой ценой.

МЫ НЕ ВПРАВЕ ДОПУСТИТЬ ТАКОГО РЕЗУЛЬТАТА!

ТРЕБУЙТЕ ПЕРЕСМОТРА УКАЗА!

РАЗОРЕНОВ АЛЕКСЕЙ,
юридический факультет ЛГУ

Примечание. Законными средствами борьбы за пересмотр указанных актов могут быть: ваши личные обращения в высшие органы власти, обращения трудовых коллективов и их органов и т.д., сбор подписей под такими обращениями, организация встреч с депутатами съезда, активное участие в повторных выборах.

http://www.agitclub.ru/front/frontdoc/sevzap4.htm

 

</p>

И маленькое «а про по»: тогда Владимир Путин был офицером действующего резерва КГБ.       


 
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments